Филипповская волость (Покровский уезд)

17.12.2020

Филипповская волость — историческая административно-территориальная единица в составе Покровского уезда Владимирской губернии.

История

В середине XII — начале XIII веков территория принадлежала Ростово-Суздальскому княжеству.

Населённые пункты

По данным на 1905 год из книги Список населённых мест Владимирской губернии в Филипповскую волость входили следующие населённые места:

  • Аленино (при деревне лесные сторожки Я. П. Мамаева, В. Щенкова, Я. Н. Евдокимова)
  • Бережки (село)
  • Бережки (сельцо, при нём имение Вяземского)
  • Боровково
  • Дворищи (при деревне три лесные сторожки А. Л. Кнопова)
  • Дубки (при деревне лесная сторожка А. Д. Соленниковой)
  • Заречье (село; при нём лесная сторожка Фряновской мануфактуры Золотиновых)
  • Захарово (при нём лесная сторожка А. Л. Кнопова)
  • Зубцово
  • Крутец (при деревне казённая лесная сторожка и сторожка Залогиновых)
  • Никулкино (при деревне казённая лесная сторожка)
  • Новая (при ней лесная сторожка крестьян 5 деревень)
  • Ново-Александровка (Мележа тоже)
  • Лесная сторожка А. Л. Кнопова (6 человек, 1 двор)
  • Мележа Упоминается в списке 1896 года, в 1905 году в числе населённых пунктов Филипповской волости отсутствует. На карте А. И. Менде отмечена, как «Александровка (Мележа)».
  • Орловка
  • Погост (село)
  • Ратьково (при деревне три лесные сторожки А. Л. Кнопова)
  • Рожково (при деревне три лесные сторожки А. Л. Кнопова)
  • Сергеевское (село; при нём писче-бумажная фабрика А. Д. Солениковой и её же лесная сторожка)
  • Филипповское (село; при нём кирпичные заводы братьев Беззаботновых и Ванякина, а также лесная сторожка К. А. Федотова)
  • Черново
  • Шебаршина лесная сторожка в даче «Коняево и Дурляево»
  • Шевалово

Волостное правление

По данным на 1900 год: волостной старшина — Егор Фёдорович Тюляев, писарь — Иван Семёнович Казаков.

По данным на 1910 год: волостной старшина — Михаил Докучалов, писарь — Павел Шаврин.

Население

В 1890 году Филипповская волость Покровского уезда включает 12913 десятин крестьянской земли, 20 селений, 1563 крестьянских дворов (17 не крестьянских), 5347 душ обоего пола. Административным центром волости было село Филипповское.

Промыслы

По данным на 1895 год общее число жителей волости — 6149 человек, из них промыслами занимается 3089. Отхожими промыслами занимаются весьма не многие.

Ткачество

К началу XIX века население Покровского уезда не знало ткачества.

Шёлково-бархатное ткачество

Шёлково-бархатное ткачество возникло на границе Покровского уезда и Богородского уезда Московской губернии. В конце 1870-х — начале 1880-х годов шёлковое ткачество производилось в 57 селениях уезда (в основном в Филипповской волости). Причины развития шёлково-бархатного ткачества: бедность почвенного покрова (песчаная почва) препятствующая развитию земледелия, близость к центрам шёлковой промышленности Богородского уезда, предприимчивости населения и наличии торговых связей налаженных благодаря наличию Стромынского тракта.

Поскольку ткацкие станки занимали много места, работа в крестьянских избах была неудобна. Большая часть станков располагалась в так называемых ткацких светёлках (крытые тёсом избы размером 7—28 метров длиной, 5—14 метров шириной, 2,1—2,8 метра высотой с большим количеством окон) или на фабриках. Светёлки располагались за огородами вдали от жилых и холодных строений во избежание пожара, отапливались голландскими печами.

Рабочий год начинался с середины сентября или первых чисел октября и продолжался до Пасхи. После Пасхи число рабочих сокращалось почти на половину, так как многие уходили заниматься полевыми работами.

Салфеточное производство

В середине XIX века в деревне Мележи впервые в уезде появилось производство салфеток. Деревня располагается в 10 верстах от Фрянова, где в начале века располагалась посессионная фабрика дворян Лазаревых. На этой фабрике ткались салфетки, шерстяные и шёлковые ткани. Впоследствии фабрика была оборудована картонными станками Жекарда и продана купцу Рогожину. В то время станки Жекарда были редкостью и Рогожин до открытия производства заколотил фабрику. Крестьянин деревни Мележи, Семен" Лемехов, подкупил фабричного сторожа и проникнув в ткацкую, осмотрел устройство станка и, будучи хорошим механиком-самоучкой, сам построил ткацкий станок Жекарда. Долгое время Лемехов считался лучшим салфеточным фабрикантом и поставлял товар московскому купцу Третьякову.
Фабрика Семёна Лемехова была центром, откуда ткачество салфеток распространилось по соседним селениям Филипповской волости (Чернево, Филипповское, Захарово).

Сусальное производство

Сусальный промысел встречается в 5 селениях Филипповской волости: Дворищах, Рожкове, Захарове, Черневе и Дубках. Значительное развитие промысел получил только в Дворищах, где им занято 29 дворов. На долю остальных 4 селений приходится лишь 11 дворов. Все 5 деревень расположены смежно друг с другом и вблизи старого Стромынскаго тракта, что делало для местного населения более доступными и торговые связи и доступ к обучению чему-то новому. Сусальное производство появилось несколько столетий назад в Москве, а оттуда перешло и в деревни. Как произошёл переход сусального промысла из Москвы в Филипповскую волость старожилы опрошенные в 1882 году не помнят, поскольку это произошло не позднее рубежа XVIII—XIX веков. Вначале промысел появился в деревне Дворищи и уже отсюда проник в немногие соседние населённые пункты.
Одним из первых сусальщиков, начавших самостоятельное производство, называют крестьянина Дворищ Егора Яковлева Яшкова. В 1812 году, после пожара Москвы в котором сгорели масса иконостасов и образов в храмах и жилых домах, спрос на сусальное золото и серебро возрос многократно. Это был пик расширения промысла. В середине XIX века с развитием производства, с увеличением числа мастерских, усилилась конкуренция между ними; производство дешевых сортов золота сделалось невыгодным в крупных городах, из-за высокой цены рабочих рук. Промысел переходит в деревню, где жизнь дешевле. В Москве осталось производство дорогих сортов золота, а деревенские мастеровые стали заниматься исключительно дешевыми сортами. В начале и середине XIX века промысел находился на подъёме. Крестьяне охотно отдавали на выучку своих детей мастерам на 3—4 года. В 1882 году сусальное производство находилось в упадке. С 1873 года при введении духовной реформы, значительная часть церквей потеряла самостоятельное значение, служба в них стала производится весьма редко, заботиться о благолепии закрытых храмов никто не видел смысла, иконостасы и образа перестали регулярно ремонтироваться и спрос на золото сократился.

Промысел производится в особой сусальной избе или в свётелке. Пыл, ветер, присутствие детей и загромождённость жилой избы делали невозможным ведение в ней промысла. По своим размерам сусальная изба или светёлка не отличались от жилой избы, но в них было больше окон. Все окна были снабжены двойными рамами и никогда не открывались, поскольку ветер мог легко сдуть золотую фольгу. Вдоль окон были поставлены длинные столы, на них разрезалась фольга; перед столом — длинная скамья для рабочих. По средине светелки — ряд камней (наковальни) с маленькими подвижными скамейками; на этих камнях ковалось золото. В углу свётелки помащалась печь, на которой производится сушка инструмента. Для мух, которые могут испачкать золотые листы, в разных местах помещения ставились горшки с ядом.
Такие свётелки имелись у 5—6 сусальщиков, остальные производить работу в чужих сусальных избах или заброшенных ткацких свётелкахъ; в последнем случае они платили по 3 рубля с человека в год за аренду помещения и отопление. Стоимость средней сусальной свётелки в 1882 году была около 200 рублей.

Единственный материал сусального производства — золото 93,5, 94 и 95 проб. Золото более низкого качества не употребляется, поскольку плохо куётся. Золото (в виде лент) сусалыщики покупали у московских торговцев за наличные деньги. Ленты весят 6,5, 7, 10 и 12 золотников. Из каждой лепты делалось от 6 до 22 книжек; это и составляло так-называемый «передел». В каждой книжке 60 листов. Из 10 золотников передел выйдете очевидно более высокого качества и более толстый, чем из 6,5—7, следовательно, и цена будете значительно выше. Такие высокие сорта делались исключительно в Москве; местные сусальщики работали с лентами весом 6,5—7 золотников.

Инструменты сусальнаго производства:

  • Снасть в виде конверта или книжки; состояла из 120—140 листов плевы содранной с бычачьей печени. Снятую с печёнки плеву обдирали ножом, обрабатывали поташом и затем на целый год клали в хлеб или тесто, разведённое в плотно закрытой кадушке. Из плёнки получали 4 листа. Чтобы составить только одну снасть нужно содрать плёнку с 30 бычьих печёнок. Для того, чтобы золото «легко шло в снасти», необходимо листочки плёнки окрасить скавскою чернядью. Чернядь скавская имеет вид довольно твёрдого тёмного камешка; его толкли в ступе, просеивали сквозь решето, полученной пылью посыпали плёнку снасти и растирали ладонью. Операция это не всегда удавалась. Это искусство держалось в секрете. Владимир Печенкин купил секрет составления снасти за 200 рублей у одной московской вдовы, которая после смерти мужа прекратила производство. Снасть стоила 50 рублей. Хорошая снасть обычно служила 3 года, но иногда и 15 лет.
  • Подводок представлял собой книжку значительно меньших размеров из тех же 240 листов плёнки, только листы эти очень грубо, плохо отделаны и не окрашены. Золото сначала куётся в подводок, a затем уже поступает в спасть. Цена подводка 10 рублей.
  • Подушка состояла из деревянной квадратной дощечки в 1,5 четверти, покрытой толстой, чрезвычайно гладкой кожей. Между кожей и дощечкой набивается хлопок, а края кожи сбоку дощечки подбиваются гвоздями. На оборотной стороне, в средину дощечки, забивается деревянный гвоздь, на котором подушка вертится, как флюгер. Стоимость подушки 1 руб.
  • Нож сусальщика — длинный (5 вершков), прямой, ровный и узкий, — делается из косы. Ножи делает кузнец деревни Захарово по 25 копее за штуку.
  • Молоток, весьма своеобразной формы, весил от 1,64 до 2,46 кг. Для первоначальной ковки золота в подводк использовались тяжёлые молотки, при окончательной обработки — лёгкие. Главное, что бы молотки при ударах не вертелись в руках. Это достигалось тем, что центр тяжести молотков располагался по центру отверстия молотка. Молотки кузнеца из деревни Захарово, полностью соответствовали этим требованиям. Цена молотка 75 копеек.
  • Наковальней служил камень — «дикарь», довольно довольно больших размеров с гладкой полированной поверхностью; он вставлялся в толстый деревянный чурбан. Камень стоил 3—4 рубля.
  • Забой — деревянная колода около 2 аршин длины, в средине выдолбленная, с 2 стенками, между которыми вставлялись «дощечки». На концы забоя были набиты железные обручи, а в сердцевине просверлена дыра, чтобы колода не лопнула от высокой температуры. Между дощечками вкладывали снасть и подводки, туго заклинивали колотушками и ставили на печь. Забой стоил 1 рубль 50 копеек.
  • Обыкновенный ножницы для бумаги, стоимостью от 75 копеек до 2 рублей.
  • Деревянные щипчики для ущемления листов снасти и подводка, при переборке или когда вынимается золото.
  • Мерка деревянная или стальная для измерения длины и ширины золотых листов.
  • Точильный брусок.

Мастер должен был иметь все перечисленные инструменты и 2 снасти — одну новую за 50 рублей, а другую старую за 10—15 рублей. Таким образом стоимость полного набора инструментов составляла около 80 рублей.

Золотую ленту хозяин разрезал ножницами на кусочки в 1 квадратный вершок («жеребейки») и передавал их мастерам. Мастер клал жеребеик между листами подводка, садился на скамью и, положив подводок на камень, мерными ударами молотка ковал золото. По прошествии получаса, золото значительно увеличивалось в длину и ширину. Жеребеик вынимался из подводка, укладывался на подушку, лежащую на столе, разрезается ножницами на две равные части и снова поступал в подводок. На этот раз ковка продолжалась около часа. Золотые листочки после 2 операций назывались «два раза». Они опять вынимались, делились каждый на 2 части и снова ковались в подводке около часа. После 3-ей ковки листики опять разрезались на 2 части, так что получалось 8 листиков, и уже затем укладывались в спасть. В снасти они ковались также 3 раза. Далее снасть укладывалась в забой, крепко заклинивалась и ставилась в печь, где листочки выравнивались и в таком вид сохли.
Во время работ золото никогда руками не брали, а ножом. Нож ставился сверху, и мастер легонько поддувал листочек, край листочка поднимался и заворачивался на нож. На ноже золото легко переносить с места на место и перекладывалось в книжки. Готовые листики вкладывались в заранее сшитую из тонкой папиросной бумаги книжку, так чтобы между листиками золота был один листик бумажки. В книжке 60 золотых листочков, что составляет в общей сложности 20 квадратных аршин. Обрезки тщательно собирали и отдавали для переплавки тем же московским торговцам, у которых покупалось золото.

В 1882 году в Филипповской волости было 6 сусальных заведений с самостоятельным производством; кроме того в 10 дворах велось не самостоятельное производство (лни получали золото от 6 самостоятельных хозяев. Во всех 16 заведениях работало 50 человек, 48 мужчин и 2 женщины. Из них семейных рабочих 26 человек, наёмных 24 чел. Из 24 наёмных рабочих 19 мастеров и 5 учеников. Валовый месячный заработок сусальщика составлял около 12 рублей. Размеры заработка подвергались резким колебаниям в зависимости от курса золота и спроса на сусальные изделия. Работа начиналась с 5 часов утра и продолжалась до 11—12 часов ночи. За вычетом времени на чай, завтрак, обед и ужин, получалось 14—15 рабочих часов в сутки. Работа продолжалась круглый год, так как большинство наёмных сусальщиков не занималось земледелием, а самостоятельные хозяева имели особых полевых работников.


Имя:*
E-Mail:
Комментарий: